На место цепей

«На место цепей крепостных люди придумали много других» — характеризовал эту мысль Некрасов.

Понятно, почему в ряде мест крестьяне противодействовали проведению в жизнь Положения 19 февраля, отказывались принимать предлагаемые мировыми посредниками «уставные грамоты» и т. д. В народных массах было распространено убеждение, что помещики и чиновники скрывают от народа «настоящую» волю, объявленную царем, и хотят подменить ее своей, «господской» волей. Волнение, охватившее широкие массы крестьянства, вылилось в некоторых приволжских губерниях в настоящее восстание, кроваво подавленное расстрелом крестьянской толпы в селе Бездна Казанской губернии (12 апреля 18б1).
Суровыми репрессиями распространение беспорядков было остановлено, сопротивление крестьян Положению 19 февраля сломлено. Но легенда о «крестьянском царе» с ожиданием «золотой грамоты», которая объявит наконец, наперекор «господам», желанную «настоящую» волю, еще долго жила в крестьянстве. Ею умело пользовалось и само царское правительство — как для того, чтобы бороться со всякими притязаниями дворянства на ограничение бюрократического всевластия, так еще больше для того, чтобы дискредитировать в глазах крестьянства революционеров-социалистов, как «господских» агентов*. Смертельный удар этой легенде был нанесен самим царем, когда Александр III обратился к съехавшимся со всех концов страны в Москву на коронацию (1883 г.) представителям крестьянства с повелением «слушаться предводителей дворянства»! и этими словами возвестил начало политики, в тяжбе между крестьянством и дворянством открыто вставшей на сторону дворянства и даже передавшей в руки его представителей (так называемых] «земских начальников») административно-юридическую власть над деревней.

  • Digg
  • Del.icio.us
  • StumbleUpon
  • Reddit
  • Twitter

Комментирование закрыто.